У степных камней не бывает ночи
…ТИШИНА…
Только здесь мы чувствуем мимолетность БЫТИЯ. Приближаясь сюда, к этим теплым, молчаливым КАМНЯМ, к неуловимому таинственному СВЕТУ, человек начинает постигать Хрупкость, Временность своего присутствия на ПЛОСКОСТИ под НЕБОМ.
Смогу ли рассказать, ЧТО ПРОИСХОДИТ? …Смогу.
Забываем и часто забываем, что любить ЖИЗНЬ — это ещё не значит жить.
Смеяться, что-то жевать, приобретать, пользоваться благами ЗЕМЛИ, прятаться в безобразных архитектурных сооружениях с чугунными крышками, надеясь на безопасность и сладостный покой? НЕТ! Любить ЖИЗНЬ — это уметь и хотеть прислушиваться друг к другу, ИСКРЕННЕ, ОТКРЫТО, с ладонями, излучающими ТЕПЛО. Наслаждаясь СВЕТОМ, движением ОБЛАКОВ, всегда печальными ПЕСНЯМИ леса и бесконечно разнообразными сочинениями его обитателей — ПТИЦ.
Вот и пришли… Подходим поближе. Молчим. И, незаметно для самих, наши руки опускаются к ЗЕМЛЕ.
Наступает освобождение от тревог, бытовых и материальных проблем. Начинается другая ЖИЗНЬ. Здесь, среди тихих степных КАМНЕЙ, БУГОРКОВ, ставших под воздействием времени, ветра и дождей мягче, ниже, почти незаметными. Наступает МИГ, когда двуногое создание без крыльев мысленно возвращается к себе самому. Вытирая капли прозрачных росинок, падающие из ГЛАЗ, соглашаешься, что живешь всего ЧУТЬ-ЧУТЬ. Пришли и быстро ушли туда же, под эти молчащие бугорки . Они приютят всех, только уже не слышно друг друга.
Эх, если бы человек помнил об этом постоянно, верю, было бы уютнее и радостнее на ЗЕМЛЕ! НО, УВЫ. Находясь здесь, касаясь ладонями СТЕПНЫХ КАМНЕЙ, я слышу ЗВУКИ.
Нет, нет, не ушами, какие-то другие приборы улавливают их СВЕТ, не похожий на привычный нам, скитающимся в хаотическом движении. И в каком ТУМАНЕ происходит та непонятная круговерть, в которой видится нам, ныне живым, говорящим и плачущим, ПРИСУТСТВИЕ УШЕДШИХ?
Мягкие, округленные линии, наклонённые КАМНИ, еле заметные БУГОРКИ, кое-где — ямки… Всё это на больших формах рельефа сиреневатого цвета, освещённых одновременно и ИЗНУТРИ.
То работает ЭНЕРГИЯ ВСЕЛЕННОЙ… Зеленоватые, серебристо-желтоватые цвета, приближающиеся к фиолетовым, создают МУЗЫКУ… МУЗЫКУ ТИШИНЫ.
ОНА входит в вас, напоминая морской прилив. В такие мгновения человек, наверно, и переиначивается весь, немного сгибаясь от нахлынувшего ощущения многомерности, понимая, что только здесь, у КАМНЕЙ, можно быть ЧИСТЫМ, очень РОБКИМ и ЗАЩИЩЁННЫМ…
Здесь, у СТЕПНЫХ КАМНЕЙ, не умолкают ПТИЦЫ, бесшумно, стараясь не отвлекать своей яркой окраской ныне стоящих и ушедших в молчание, в ТИШИНУ, двуногих существ, летают, нежно касаются ЗЕМЛИ, травы и цветов БАБОЧКИ.
И при встрече с НИМИ, только с НИМИ, можно и нужно приблизиться к осознанию, что ЖИЗНЬ — мгновение… БАБОЧЕК не надо накрывать немытыми корявыми ладонями, не смей накрывать жизнь другого, если даже ладони вроде чисты!…
Здесь, на этих ЗЕМЛЯХ, где отдыхают навсегда ушедшие, вспомни, блуждающий по ЗЕМЛЕ, что ты ещё умеешь, кроме как жевать, обрастать материальными побрякушками, перешагивать через другого, запрещая ему петь свою ПЕСНЮ, что ты умеешь… А умеешь ли ты что-то ещё?… Или…
Если этого не сможешь понять, существо, жующее, считающее деньги, если ты забыл или не почувствовал ЦВЕТ и ТЕПЛО материнского МОЛОКА… Такие двуногие слабы, трусливы и бездарны. СПЕШИ, эй, двуногий! ТОРОПИСЬ не кушать, торопись быть добрей, понятней, безопасней другому!
…И снова ТИХО. Здесь, у НИХ, забываешь, что бывает ДЕНЬ, бывает НОЧЬ. Здесь, у НИХ, у белых КАМНЕЙ, всегда СВЕТЛО, УЮТНО…
2 января 2002 г.
Набил Ишмухаметов.
Мастерская ваятеля.
Оренбург.
